бесплатно рефераты
 
Главная | Карта сайта
бесплатно рефераты
РАЗДЕЛЫ

бесплатно рефераты
ПАРТНЕРЫ

бесплатно рефераты
АЛФАВИТ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

бесплатно рефераты
ПОИСК
Введите фамилию автора:


Влияние даосизма и буддизма на формирование национальных культурных традиций Китая

Влияние даосизма и буддизма на формирование национальных культурных традиций Китая

План

Введение 3

Даосизм: возникновение и основные идеи 3

Даосизм и культурные достижения Китая 8

Появление буддизма в Китае 11

Китаизация буддизма 11

Чань-буддизм: возникновение и основные идеи 15

Буддизм и культурные достижения Китая 19

Понятие китайской культурной традиции 22

Даосизм и буддизм – сердце китайской культуры 23

Духовная традиция и некоторые черты искусства Китая 24

Заключение 32

Список литературы 33

Густой туман не

скрывает

благоухания цветов.

Чаньское изречение

Введение

На пороге XXI столетия в общественном сознании все более утверждается

мысль о том, что человечество находится на крутом переломе. Сегодня

наблюдается экстраординарный, глобальный кризис, охвативший сразу

искусство, науку, философию, религию, право, политику. Вокруг царит

всеобщая раздробленность, разорванность науки и религии, теории и практики,

человека и природы, мысли и чувства, сознательного и бессознательного. В

условиях культурного кризиса, человек ищет опоры в традиционных культурных

ценностях. В XX в. внимание как ученых, так и «простых людей» все чаще

привлекают восточные культуры, в том числе культура Китая, являющаяся

базовой культурой стран Дальнего Востока. Культурное наследие Китая всегда

привлекало ищущих людей непостижимой гармонией части и целого, человека и

природы, «внешнего» и «внутреннего». В условиях кризиса западной философии

и религии многие находят опору в учениях китайских мудрецов Конфуция, Лао-

цзы, Чжуан-цзы. Чань-буддизм, имеющий на Западе довольно большую

популярность и оказавший влияние на творчество многих известных западных

писателей и ученых, возник именно в Китае. Некоторые исследователи считают,

что именно идеи даосизма и буддизма могут помочь преодолеть глобальный

культурный кризис современного общества, что лишь обратившись к

традиционным ценностям Востока мы найдем спасение.

В данном реферате мы постараемся показать, какова была роль даосизма и

буддизма в формировании национальных культурных традиций Китая. Ответ на

этот вопрос мы начнем с истории возникновения данных религиозных учений,

опишем их основные положения и перечислим наиболее яркие культурные

достижения Китая в связи с этими учениями. Во второй части реферата мы

постараемся заглянуть в глубь вопроса и наметить пути понимания того, что

учения даосизма и буддизма неразрывно связаны с культурными традициями

Китая, неотделимы от них и являются основой для постижения всей восточной

культуры.

Даосизм: возникновение и основные идеи

Говоря о китайской культуре, мы привыкли рассматривать ее как нечто

единое и цельное. Однако, это совершенно неверно применительно к китайской

древности. Подобно тому, как сам Китай (тогда царство Чжоу) был разделен,

начиная с середины I-ro тыс. до н.э., на множество отдельных, враждовавших

между собой царств, также и культура его являла собой картину значительного

многообразия; существовало несколько типов культур, только позднее

сплавленных в великом общекитайском синтезе.

В наибольшей степени отличались друг от друга культуры севера и юга

Китая. Если для севера, давшего начало конфуцианству, характерно внимание к

этической проблематике и ритуалу, рассудочное стремление к рациональному

переосмыслению архаических основ цивилизации, то на юге господствовала

стихия мифопоэтического мышления, процветала экстатичность шаманских

культов. И даосизм, созревший, видимо, в лоне южной традиции, тем не менее

соединил в себе экзальтированную архаику юга и рациональность севера.

Первая дала ему содержание, вторая наделила формой, предоставив созданный

ею философский способ освоения действительности для выражения смутных и

неосознанных творческих потенций. Без южной традиции даосизм не стал бы

даосизмом, без северной – не смог бы сказать о себе языком великой культуры

и книжной образованности.

Основателем даосизма традиционно считается Лао-цзы, живший по преданию

на рубеже VI-V вв. до н.э. и перед тем как уйти навсегда из Китая на Запад,

оставивший у начальника пограничной заставы Инь Си изложение своего учения

под названием «Дао-дэ цзин».

В «Дао-дэ цзине» речь идет о едином первоначале всего сущего – единой

субстанции и одновременно мировой закономерности – Дао. Это понятие дало

название даосизму (дао цзяо).

Кроме Лао-цзы нельзя не назвать другого даосского мыслителя, Чжуан-цзы

(IV-III вв. до н.э.), автора трактата, названного его именем. Впрочем,

«Чжуан-цзы» нельзя называть сухим словом «трактат»: так много в нем

парадоксов, притч, эксцентричных образов, перетолкованных в духе даосской

философии и литературного блеска.

Для мировоззрения «Чжуан-цзы» огромное значение имела концепция

«уравнивания сущего» (ци у), согласно которой мир представляет собой некое

абсолютное единство. В нем нет места четким границам между вещами, все

слито друг с другом, все присутствует во всем. В этом мире нет никаких

абсолютных величин, ничто само по себе не является ни прекрасным, ни

безобразным, ни большим, ни малым, но все существует только относительно

чего-то другого и в теснейшей внутренней связи и взаимообусловленности.

Само слово «дао» вовсе не является исключительным достоянием даосизма.

Оно принадлежит всей китайской мысли, и каждый философ древнего Китая видел

в нем обозначение истины или, точнее, глубочайшей правды и праведного пути

жизни. Все китайские мудрецы – приверженцы Дао. И хотя это понятие дало

название даосизму (дао цзяо), ничего собственно даосского в нем нет. Это

одна из важнейших категорий всей китайской культуры. Специфично лишь ее

осмысление даосизмом. Если в конфуцианстве Дао – путь нравственного

совершенствования и правления на основе этических норм, то в даосизме Дао

космологизируется, приобретая значение высшего первопринципа, мировой

субстанции, источника бытия всего сущего.

В «Дао-дэ цзин» речь идет о едином первоначале всего сущего – единой

субстанции и одновременно мировой закономерности – Дао. Дао – это

центральное философское понятие даосизма, и надо отметить, что к нему можно

ошибочно отнестись как к обыкновенному понятию. Ведь до того, как любой

человек услышит о Дао, он имеет в своем сознании какие-то понятия, поэтому

кажется, что ничего не стоит пополнить их сумму таким же понятием Дао. Но

как понятие Дао есть процессуальная категория, его нельзя выучить, как

физическую формулу или таблицу умножения. По Лао-цзы, «Дао, которое может

быть выражено словами, не есть постоянное Дао... В Дао можно только

вступить и овладеть им». Лао-цзы считал, что Дао есть постоянное Дао, суть

которого нельзя выразить в словах. Оно не имеет вида, не издает звуков, не

обладает формой, и «смотришь на него, но не видишь, слушаешь его, но не

слышишь, ловишь его, но не можешь поймать» («Дао-дэ цзин, чжан 14). Одним

словом, Дао – это «пустота» или «небытие» (ши).

В «Дао-дэ цзин» говорится о двух аспектах Дао: именуемом (собственно

Дао) и не-именуемом, порождающем вещи и «вскармливающем» их. Последнее

получает название Дэ – Благодать, Благая Сила Пути. Весь мир оказывается

как бы проявлением, развертыванием Дао, Путем, воплощенным в сущем. Каждая

вещь, доходя до предела своего созревания, вновь возвращается в глубину

Первопринципа Дао. Однако, человек может сходить с этого Пути, отступать от

него, нарушая первозданную простоту естественности как своего бытия, так и

всей Вселенной. Проявляется это и в приверженности к многознанию и в

создании усложненных социальных институтов. Поэтому «Дао-дэ цзин» призывает

к возвращению к изначальной природе, упрощению и естественности. И выражен

этот призыв прежде всего в понятии «недеяния» (у вэй). Оно не означает

бездействия или пассивности. Под «у вэй» имеется в виду отказ от нарушения

собственной природы и природы всего сущего, отказ от не сообразной с

природой, основанной исключительно на эгоистическом интересе субъективной

целеполагающей деятельности и вообще снятие всякой изолирующей

субъективности во имя включенности в единый поток бытия.

Лао-цзы, приняв Дао за высшую категорию своей философии, рассматривал

ее не только как всеобщий закон, но и как источник формирования мира.

Исследователь А.Е.Лукьянов называет Дао «космической ДНК».

Проще говоря, весь внешний мир рассматривался как определенное

количество признаков. Создателем этих признаков является субстанция, не

постигаемая органами чувств и находящаяся вне времени и пространства. Эта

субстанция называется «Дао». Дао неограниченно. Оно существует в каждое

мгновение и в каждой вещи. Дао породило Небо и Землю, породило императоров

и царей, породило все принципы. Откуда же оно вышло само? Оно породило

самого себя.

«Дао присущи стремления и искренность. Оно находится в состоянии

бездействия и лишено формы. Дао можно проповедовать, но его нельзя

коснуться. Дао можно постигать, но его нельзя видеть. Дао является корнем и

основой самого себя. Оно до Неба и Земли с древнейших времен существует

извечно. Оно одухотворяет духов и одухотворяет владыку, порождает Небо и

Землю. Оно над Великим пределом, но не является высоким; под Шестью

пределами, но не является глубоким; прежде Неба и Земли рождается, но не

является продолжительно существующим, оно простирается с глубокой

древности, но не является старым» («Дао-дэ дзин», чжан 16). «Дао есть то,

что делает тьму вещей таковой, то, благодаря чему формируется тьма вещей,

то, что определяет тьму принципов» («Чжуан-цзы», гл. «Тянь Цзыфань»).

Если существует такое Дао, то следует учиться у него и почитать его

как учителя. Это и есть «Великий почитаемый учитель». Это о нем писал Чжуан-

цзы: «О мой учитель! Ты даешь всем вещам их свойства, но не считаешь это

проявлением справедливости; оказываешь благодеяния всем поколениям, но не

считаешь это проявлением гуманности; существуешь с глубокой древности, но

не являешься старым; покрываешь Небо и поддерживаешь Землю, очерчиваешь все

формы, но не считаешь это проявлением мастерства». Учиться у дао и слиться

с ним в одно целое – в этом, с точки зрения Чжуан-цзы, и заключается смысл

человеческой жизни: «Можно освободиться от горя, волнения, тоски и даже от

жизни и смерти. Надо отбросить все различия и раствориться в мире. Дао –

это и есть я, и по этой причине все существующее является мной. Дао

неисчерпаемо и безгранично, оно не рождается и не умирает, и поэтому я

также неисчерпаем и безграничен, не рождаюсь и не умираю. Перед смертью я

существую, и после смерти я также существую. Скажете, что я умер? Ведь я не

умираю. И огонь не сжигает меня, и в воде я не тону. Я превращаюсь в пепел,

и все же я существую. Я превращаюсь в лапку бабочки, в печенку мыши, но все

же я существую. Сколь же я свободен, сколь долговечен, сколь велик! ... Все

различные признаки являются моими признаками, и все различия отбрасываются.

Все вещи со странными и необычными признаками – все слилось воедино. Все

является дао, все является мной. Это и значит, что «Небо и Земля рождаются

со мной, а все вещи составляют единство с «я». («Чжуан-цзы», гл.

«Циулунь»).

Человек, постигший это, и является «мужем, обладающим дао». У Чжуан-

цзы утверждается, что «такой человек не презирает людей, не занимается

самовосхвалением, ссылаясь на свои заслуги, не занимается обманом;

упустивши удобный случай, не раскаивается; имея удобный случай, не теряет

голову; поднявшись на высокое место, не пугается; упавши в воду, не мокнет;

попавши в огненную яму, не чувствует жары... Такой человек спит и не видит

снов, при пробуждении не грустит, питается чем попало и обладает глубоким

дыханием. Такой человек не цепляется за жизнь и не боится смерти, ни жизнь,

ни смерть не имеют для него значения, он свободно приходит, свободно

уходит, получит что-либо – хорошо, потеряет что-либо – не огорчается.

«...Это и есть то сбалансированное состояние, когда дух не отделен от

субстанции и все соответствует своей природе» («Чжуан-цзы», гл.

«Дацзунши».)

Даос живет тем, что живо вовеки – капиталом духа. Даосизм есть прежде

всего оправдание традиции. Правда Дао – это то, что дается нам прежде, чем

мы познаем сами себя, и она есть то, что перейдет от нас к будущим

поколениям после того, как мы уйдем. Что же это? «Классики» даосской

традиции дают по видимости туманный, а по сути очень точный ответ: все то,

что существует «само по себе» (цзы жань), что не порождено людским

умствованием и озабоченностью, что не несет на себе печати натуги,

напряжения, насилия.

Мудрость приверженца Дао – это не знание и не искусство, а некое

умение – совершенно неумелое – «не затемнять суетным деланием великий покой

бытия». Даосизм, таким образом, воплощает самую сердцевину восточной мысли,

всегда требовавшей от человека обрести полноту своего бытия через

самоустранение, явить глубину нежелания, которая таит в себе самое

одухотворенное желание. Поэтому даосизм не является философией в

классическом понимании этого слова, ибо он не интересуется определениями

понятий, логическими доказательствами и другими процедурами чистого

умозрения. Не является он и религией трансцендентного Бога, требующего от

своих поклонников веры и послушания. Его нельзя, наконец, свести и к

искусству, мастерству, практике в собственном смысле слова, ибо мудрость

Дао не утверждает необходимости что-нибудь делать. Скорее, даосизм – это

«путь цельного существования», в котором умозрение и действие, дух и

материя, сознание и жизнь оказываются собранными в свободном,

беспредельном, хаотическом единстве (и сюй). Такое единство, как и

большинство основных понятий даосизма, насквозь парадоксально, и потому

даосские учителя умолкают, когда у них просят это объяснить. Как сказано в

«Дао-дэ цзин», главном каноне даосизма: «Знающий не говорит, а говорящий не

знает». И в другом месте: «Когда низкий человек слышит о Дао, он смеется.

Если бы он не смеялся, это не было бы Дао».

Даосские мудрецы ничего не доказывают и не проповедуют. Они даже не

учат какому-нибудь определенному образу жизни. Их цель – дать верную

жизненную ориентацию, указать путь к средоточию жизненного опыта – вечно

отсутствующему и вездесущему.

Не будучи в строгом смысле, как уже говорилось, ни философией, ни

религией, даосизм сочетает в себе черты того и другого. По учению даосов,

воистину существует лишь великое Дао – предвечное, бесконечное, немыслимое,

не имеющее «образа, вкуса или запаха», никем не сотворенное, оно «само себе

ствол, само себе корень», охватывающее и вмещающее в себя все сущее. Даосы

называют его «высшим Учителем», «небесным предком», «матерью мира» или

«творцом вещей», но они не ждут от него конкретной заинтересованности в их

личной судьбе или судьбе Вселенной, ибо в мире все происходит «само собой»,

каждое мгновение времени и каждая частица бытия совершенно самодостаточны.

Это означает, что и само Дао не является, в сущности, принципом

мироздания. Дао, утверждается в даосской литературе, «не может владеть даже

собой», оно «обладает, не владея». Дао ежемгновенно и непрестанно

изменяется, «теряет себя в мире конечного и преходящего». Но, «поистине,

нет ничего постояннее непостоянства» – в своем самопревращении Дао пребудет

вечно.

Отсюда то важное место, которое занимает в даосизме учение о

космогенезе - творении всего сущего. Даосы учат, что мир возник из

первозданного Хаоса, который они именуют также Единым дыханием (и ци),

Изначальным дыханием (юань ци) или Великой пустотой (тай сюй). Творение же

мира есть результат самопроизвольного деления первичной целостности Хаоса.

Сначала Хаос, или Единое дыхание, разделилось на два полярных начала:

мужское, светлое, активное Ян и женское, темное, пассивное Инь; из «двух

начал» выделились «четыре образа», соответствующие четырем сторонам света;

«четыре образа» породили «восемь пределов» мироздания и т.д. Эта схема

записана в древнейшем китайском каноне «И цзин» («Книга Перемен»),

содержащем общий для всей китайской традиции свод графических символов

мирового процесса Дао.

Мир, по представлениям даосов, есть «превращенное Единое», плод

метаморфозы Дао. В даосской традиции в этой связи говорилось и о

превращении первочеловека, каковым считался полулегендарный основоположник

даосизма и верховное божество даосской религии Лао-цзы. Мир для даосов –

это «превращенное тело» (xya шэнь) Лао-цзы. А это значит, что между сердцем

человека и телом предвечного Дао существует глубочайшая внутренняя связь.

Человек и мир в даосизме нерасторжимы и взаимозаменяемы.

Тема превращения, творческих метаморфоз бытия – центральная тема

даосской мысли. Для даосов ни формы, ни бесформенное не являются реальными.

Или, как говорится в даосских книгах, «пустота не может одолеть десять

тысяч вещей». Подлинная реальность для даосов – это самое превращение.

Даосы мыслят в категориях не сущностей или идей, а отношений, функций,

влияний. Для них в мире «ничего нет», но сами связи между вещами,

несомненно, реальны. Истины, может быть, вовсе нет. Но метафора истины,

бесчисленные отблески реальности точно существуют.

Итак, даосская картина мира – это бесконечно сложный, подлинно

хаотический узор явлений, где нет одного привилегированного образа, одной

«единственно верной» идеи. Как писал Чжуан-цзы : «Вся тьма вещей – словно

раскинутая сеть, и нигде не найти начала».

Даосизм не был попыткой метафизического объяснения мира. Даосское

«учение» не отличалось от обыденного словоупотребления со всей его

многозначностью, оно возвращало слову его первобытную способность вмещать в

себя противоположные смыслы. Истина даосов оправдывалась не логической

всеобщностью умозрения, а предметной практикой человека, точнее, конкретным

и текучим характером этой практики.

Философия даосизма Лао-цзы и других даосских мыслителей послужила

основой для возникшей в эпоху Хань (III в до н.э. – III в.) религии даосов.

В нее вошли следующие моменты: учение о Дао и все связанные с ним проблемы

натурфилософии и космогонии: учение об относительности бытия, жизни и

смерти и в связи с этим о возможности длительной жизни, бессмертия; принцип

увэй.

Доктрина бессмертия – центральная доктрина даосизма, идеологический

комплекс, который составляет основу, фундамент, идейный стержень всего

учения даосизма (религиозного даосизма).

Для традиционной китайской философии была нехарактерна вера в

бессмертие конкретно души. Реальной признавалась только единая

психофизическая целостность живого существа. Сам дух понимался вполне

натуралистически: как утонченная материально-энергетическая субстанция

(ци). После смерти тела это «ци» рассеивалось в природе. К тому же даосизм

унаследовал от шаманизма учение о множественности душ – животных (по) и

мыслящих (хунь). Тело выступало единственной нитью, связывающей их воедино.

Смерть тела приводила к разъединению и гибели душ. Поэтому уже в глубокой

древности огромное значение придавалось средствам продления физической

жизни, а долголетие (шоу) стало одной из важнейших ценностей китайской

культуры.

Однако, даосизм не удовлетворился идеалом простого физического, пусть

даже и бесконечного, продления жизни. Истинный даосский бессмертный (сянь)

в процессе движения по пути бессмертия радикально трансформировал,

преображал свое тело, которое согласно даосскому учению приобретало

сверхъестественные силы и способности: умение летать по воздуху,

становиться невидимым, одновременно находиться в нескольких местах и даже

сжимать время. Но основная трансформация в процессе занятий даосской

медитаций – духовная: бессмертный в полной мере ощущал и переживал даосскую

картину мира, реализовывая идеал единства (единотелесности) со всем сущим и

с Дао как таинственной первоосновой мира.

Путь к бессмертию по даосскому учению предполагал занятия сложными

методами особой психофизической тренировки, во многом напоминавшей

индийскую йогу. Она предполагала как бы два аспекта: совершенствование духа

и совершенствование тела. Первый заключался в занятиях медитацией,

созерцанием Дао и единства мира, единением с Дао. Применялись и различные

сложные визуализации божеств, символизировавших собой особые состояния

сознания и типы жизненной энергии.

Второй заключался в специфических гимнастических (даоинь) и

дыхательных (син ци) упражнениях, сексуальной практике для поддержания

энергетического баланса организма и занятиях алхимией. Именно алхимия и

считалась высшим путем к обретению бессмертия.

Алхимия разделялась даосами на два типа - внешняя (вэй дань) и

внутренняя (нэй дань). Из них только первая являлась алхимией в собственном

смысле этого слова. Она предполагала создание в алхимической реторте как бы

действующей модели космоса, в котором под воздействием огня вызревает

эликсир бессмертия. Главное отличие китайской алхимии от европейской – ее

исходная теснейшая связь с медициной: в китайской алхимии даже золото

«изготовлялось» как эликсир бессмертия.

К Х в. «внешняя» алхимия пришла в упадок, и ей на смену пришла

«внутренняя» алхимия. Она представляла собой алхимию только по названию,

поскольку была ничем иным, как упорядоченным комплексом сложных

Страницы: 1, 2, 3, 4, 5


бесплатно рефераты
НОВОСТИ бесплатно рефераты
бесплатно рефераты
ВХОД бесплатно рефераты
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

бесплатно рефераты    
бесплатно рефераты
ТЕГИ бесплатно рефераты

Рефераты бесплатно, реферат бесплатно, сочинения, курсовые работы, реферат, доклады, рефераты, рефераты скачать, рефераты на тему, курсовые, дипломы, научные работы и многое другое.


Copyright © 2012 г.
При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна.