бесплатно рефераты
 
Главная | Карта сайта
бесплатно рефераты
РАЗДЕЛЫ

бесплатно рефераты
ПАРТНЕРЫ

бесплатно рефераты
АЛФАВИТ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

бесплатно рефераты
ПОИСК
Введите фамилию автора:


Складывание крепостного права на Руси. Соборное уложение 1649 г.

следовательно ни он, ни члены его семьи не могли уйти от землевладельца,

фактически попадали в крепостную зависимость от него. Ссуда создавала

отношения, в которых владельческому крестьянину приходилось выбирать между

бессрочно-обязанным крестьянством и срочным холопством. Это было не

полицейское прикрепление к земле, какое установила круговая порука для

государевых черных крестьян, а хозяйственная долговая зависимость от лица,

от землевладельца-кредитора по общему гражданскому праву.

Первые законодательные меры закрепощения крестьян

XV в. в положении русского крестьянства характеризуется

исследователями как переломный, когда феодалы и государство переходят в

наступление на права и свободы крестьян.

Одним из первых проявлений такого наступления, стала статья 57

Судебника 1497 г. Ивана III, которая ограничила право «отказа» крестьян от

земли. Статья закрепляла один обязательный общегосударственный срок выхода

– неделю до Юрьева дня (26 ноября) и неделю, следующую за этим днем.

Первоначально право это не было стеснено законом; но самое свойство

поземельных отношений налагало обоюдное ограничение как на это право

крестьянина, так и на произвол землевладельца в отношении к крестьянину:

землевладелец, например, не мог согнать крестьянина с земли перед жатвой,

как и крестьянин не мог покинуть свой участок, не рассчитавшись с хозяином

по окончании жатвы.

Предполагается, что с 60-х гг. XV в. начали производить переписи

крестьян, обязанных нести тягло. Их записывали вместе с их землями в особые

«писцовые книги» и тех, кто попал в книгу, считали прикрепленными к той

земле, на которой он был записан. Эти «письменные» крестьяне

(«старожильцы») уже не выпускались со своих мест; могли переходить с места

на место только люди «неписьменные», то есть не записанные в книги

(«пришлые»), которых, как указано выше, землевладельцы прикрепляли к земле

в основном с помощью ссуд. Правом перехода в Юрьев день пользовались те

крестьяне, которые не «застарели» еще за своими землевладельцами.

Так мало-помалу принимались меры к тому, чтобы прикрепить крестьян к

местам, сделать из них оседлое податное сословие, обязанное платить

государю подати («тянуть тягло»), а на служилых землях еще и работать на

землевладельца. С развитием поместного землевладения устанавливалась

зависимость крестьянского населения от помещиков, за которыми крестьяне

были записаны в писцовых книгах.

Дальнейшее усиление зависимости крестьян от землевладельцев (XVI в.)

Значительное расширение территории Московского государства,

возникновение казачества, последствия опричнины и Ливонской войны

стимулировали государство к ограничению права «выхода».

Судебник Ивана IV 1550 г. увеличил «пожилое» и обязал крестьян

засевать перед уходом озимь, стал регулировать и ускорять переход различных

категорий сельского населения в разряд старожилых.

Во время опричнины Грозного, вследствие разных причин, крестьяне во

множестве своевольно оставляли свои земли и шли на «дикое поле», в казаки,

или же на новые земли в завоеванное Грозным Поволжье. Землевладельцы,

разумеется, не желали выпускать из-за себя крестьян и всеми мерами

задерживали их, прибегая даже к насилию. А так как народ все-таки уходил, и

рабочих в центральных областях государства становилось все менее и менее,

то землевладельцы стали изыскивать способы, как бы взамен ушедших, добыть

на свои земли новых работников. Самым действенным способом было переманить

крестьян от соседей, «вывезти» их из-за других владельцев. Крестьянский

«вывоз» стал обычным явлением. Пользуясь тем, что законом крестьянский

переход не был запрещен, богатые землевладельцы рассылали своих

приказчиков, чтобы выкупать крестьян у их господ (заплатив господам за

крестьян все их долги) и таким способом «отказывать» крестьян от владельцев

и «вывозить» их на свои земли, заманив разными льготными обещаниями. Шла,

таким образом, борьба за крестьян, в которой победа оставалась на стороне

богатых землевладельцев. Они имели средства, чтобы добывать себе рабочих

людей; мелкие же помещики не имели средств, чтобы их удержать за собою.

Между тем московское правительство именно из мелких помещиков

составляло свое главное войско и потому не могло допустить их обеднения и

разорения. Оно должно было вмешаться в борьбу за крестьян еще и по той

причине, что «перевоз» крестьян вел к бесчисленным ссорам и жалобам; суды

были завалены делами о возвращении увезенных и ушедших крестьян и о

взыскании убытков от незаконных «вывозов» и «отказов». Вот почему, стали

появляться указы о крестьянах.

В 1581 г. начинается новое описание русских земель и временно

запрещается (первоначально, вероятно, в отдельных районах) выход крестьян в

Юрьев день («заповедные лета»). В 1592 г. начинается составление новых

писцовых книг, которые в дальнейшем рассматривались как официальный

документ, прикреплявший крестьян к земле и феодалам, как ее собственникам.

Указ 1597 г.

Первым актом, в котором видят указания на прикрепление крестьян к

земле, как на общую меру, считают указ 24 ноября 1597 г. Из этого акта

следует, что если крестьянин убежал от землевладельца не раньше 5 лет до 1

сентября (тогдашнего нового года) 1597 г. и землевладелец вчинит иск о нем,

то по суду и по сыску такого крестьянина должно возвратить назад, к

прежнему землевладельцу, «где кто жил», с семьей и имуществом, «с женой и с

детьми и со всеми животы». Если же крестьянин убежал раньше пяти лет, а

землевладелец тогда же, до 1 сентября 1592 г., не вчинил о нем иска, такого

крестьянина не возвращать и исков и челобитий об его сыске не принимать.

Больше ничего не говорится в царском указе и боярском приговоре 24 ноября.

Указ, очевидно, говорит только о беглых крестьянах, которые покидали своих

землевладельцев «не в срок и без отказу», т. е. не в Юрьев день и без

законной явки со стороны крестьянина об уходе, соединенной с обоюдным

расчетом крестьянина и землевладельца. Этим указом устанавливалась для иска

и возврата беглых временная давность, так сказать, обратная, простиравшаяся

только назад, но не ставившая постоянного срока на будущее время. Такая

мера принята была с целью прекратить затруднения и беспорядки, возникавшие

в судопроизводстве вследствие множества и запоздалости исков о беглых

крестьянах. Указ не вносил ничего нового в право, а только регулировал

судопроизводство о беглых крестьянах.

Установление пятилетнего срока для возвращения беглых крестьян,

записанных в последние писцовые книги 1592 года, подало мысль многим

историкам, что за пять лет до указа 1597 г., то есть в 1592 году, состоялся

общий закон, запретивший крестьянам переход и отменивший так называемый

Юрьев день. Но, несмотря на все поиски, текст этого закона 1592 года не

найден, и самое существование его весьма сомнительно (Платонов).

Некоторые историки высказывали мысль, что указ 1597 г. и есть тот

самый закон, которым крестьяне впервые были прикреплены к земле, но не

прямо, а косвенно: без предварительного запрещения правительство признало

незаконными все крестьянские переходы, совершившиеся в последние пять лет

до издания этого указа, и дозволило покинувших свои участки крестьян

возвращать на них, как беглецов.

После указа 1597 года несколько раз были выдаваемы указы о том, чтобы

крупные землевладельцы не возили крестьян из-за мелких и чтобы вообще никто

не вывозил крестьян к себе в большом количестве. Этими указами надеялись

прекратить столкновения из-за крестьянского вывоза и разорения мелких

помещиков крупными владельцами. Незаметно, однако, чтобы указы о крестьянах

в чем-либо помогли делу: и после них продолжалось крестьянское

передвижение, и слышались по-прежнему жалобы помещиков на уход и увоз

крестьян. Важно было то, что правительство обратило внимание на положение

крестьян и стало законом определять отношения крестьян к землевладельцам.

Указами о крестьянах в последние годы XVI века московское правительство

старалось остановить все еще сильную бродячесть крестьянского населения.

Завершение процесса установления крепостного права (XVII в.)

В XVII в. завершается процесс установления крепостного права. Он

связан со Смутой начала века и последующим восстановительным периодом 20—50-

х гг. Вся история Московского государства в XVII столетии развивается в

прямой зависимости от того, что произошло в смутную эпоху. Страшное

разорение страны в смуту создало для московского правительства ряд

финансовых затруднений, которые обусловливали собой всю его внутреннюю

политику, вызвали окончательное прикрепление посадского и сельского

населения.

Законодательство начала XVII века было направлено против невыгодных

для государства последствий права выхода крестьян:

1. Оно старалось прекратить переход крестьян в нетяглое состояние, в

холопство, разрешенный Судебником 1550. Перейдя из крестьян в

холопы, крестьянин переставал платить подати, уменьшая этим и без

того скудные в Смутное время и после него поступления в казну.

2. Оно пыталось уничтожить игру в крестьян, какую вели крупные

землевладельцы, сманивая их с земель казенных крестьянских обществ

или мелких землевладельцев (что также уменьшало поступления в

казну, и разоряло мелких землевладельцев – основу вооруженных сил

страны).

3. По искам землевладельцев оно преследовало незаконные побеги

крестьян, нарушавшие право собственности землевладельцев.

Указ 1607 г.

Законодательные меры против беглых крестьян завершились указом 9 марта

1607 г., который впервые попытался вывести крестьянские побеги из области

гражданских правонарушений, преследуемых по частному почину потерпевшего,

превратив их в уголовное преступление, в вопрос государственного порядка:

розыск и возврат беглых крестьян независимо от исков землевладельцев он

возложил на областную администрацию под страхом тяжкой ответственности за

неисполнение этой новой для нее обязанности, а за прием беглых, прежде

безнаказанный, назначил сверх вознаграждения потерпевшему землевладельцу

большой штраф в пользу казны по 10 рублей за каждый двор или за одинокого

крестьянина, а подговоривший к побегу сверх денежной пени подвергался еще

торговой казни (кнут). Однако и этот указ допустил давность для исков о

беглых крестьянах, только удлиненную до 15 лет. Зато он прямо признал

личное, а не поземельное прикрепление владельческих крестьян: тем из них,

которые за 15 лет до указа записаны в поземельных описях, в писцовых книгах

1592—1593 гг., указано «быть за теми, за кем писаны». Однако указ или не

удался, или понят был только в смысле запрещения крестьянских побегов и

вывозов, а не как отмена законного выхода крестьян. Крестьянские порядные и

после того совершались на прежних условиях; самое допущение 15-летней

исковой давности для беглых поддерживало за крестьянскими поземельными

договорами характер чисто гражданских отношений. Указ был издан, когда

разгоралась Смута, несомненно помешавшая его действию. Он затягивал узел

обязательных отношений крестьян к господам, когда колебались все основы

государственного порядка, когда тяглые и несвободные классы сбрасывали с

плеч свои старые обязательства и еще менее стеснялись новыми.

Сближение крестьянства и холопства

Смутное время пронеслось по стране ураганом, который вымел массы

крестьянства из центральных областей государства. Почувствовалась острая

нужда в рабочих земледельческих руках, которая заставила землевладельцев

обратиться к старинному испытанному средству искать новых рук для сельской

работы в холопстве. Они начали сажать своих дворовых людей на пашню, давать

им ссуду, обзаводить их дворами, хозяйством и земельными наделами. При этом

с холопом заключали особый договор, который подобно крестьянскому назывался

ссудной записью. Так, среди холопства возник сельский класс, получивший

название задворных людей, потому что они селились особыми избами «за

двором» землевладельца. Задворный укреплялся особым способом: он давал на

себя ссудную запись, не только селясь за барским двором с воли, но и при

переходе за барский двор из дворового холопства. Таким образом, задворная

запись создавала особый вид холопства, служивший переходом от дворовой

службы на крестьянскую пашню.

Изделье крестьянина было такой же личной работой на господина, как и

служба кабального за рост (процент), только последний служил во дворе, а

первый работал на двор, «ходил во двор, дворовое дело делал», как писалось

в порядных грамотах. Хозяйственная близость вела и к юридическому

сближению. Как скоро в праве установилась мысль, что кабальное

обязательство простирается не только на действие, но и на лицо кабального,

делая его крепостным, эта мысль настойчиво стала пробивать себе путь в

сознание землевладельцев и в их отношение к крестьянам. Такое

распространительное понимание крестьянских отношений облегчалось и с

холопьей стороны: движение крестьянства в сторону холопства встретилось с

противоположным движением холопства в сторону крестьянства. После

крестьянина-хлебопашца, исполнявшего работу на барский двор, появляется

дворовый, становившийся хлебопашцем.

Перепись 1627-1628 гг. и появление крепостной крестьянской записи

Смута сдвинула с насиженных мест массы старожилого тяглого люда,

городского и сельского, и расстроила старые земские миры, круговою порукой

обеспечивавшие казне податную исправность. Одной из первых забот

правительства новой династии (Романовых) было восстановить эти миры.

На земском соборе 1619 г. было постановлено переписать и разобрать

тяглых обывателей и при этом беглецов возвратить на старые места

жительства, а закладчиков повернуть в тягло. Долго это дело не удавалось по

негодности исполнителей, писцов и дозорщиков. Эта неудача вместе с большим

московским пожаром 1626 г., истребившим поземельные описи в столичных

приказах, понудила правительство предпринять в 1627—1628 гг. новую общую

перепись по более широкому и обдуманному плану. Книги этой переписи имели

полицейско-финансовое назначение привести в известность и укрепить на

местах податные силы, какими могла располагать казна; с этой целью

пользовались ими по отношению к крестьянам и впоследствии, со времени

Уложения. Переписью проверялись действовавшие поземельные отношения между

крестьянами и владельцами, разрешались столкновения, спорные случаи; но она

не вносила в эти отношения новых норм, не устанавливала этих отношений, где

их не было, предоставляя это добровольному частному соглашению сторон.

Однако «писцовая записка» по месту жительства давала общую основу для таких

соглашений, регулировала их и косвенно их вызывала. Бродячий вольный

хлебопашец, застигнутый писцом на земле владельца, куда он забрел для

временной «крестьянской пристани» и за ним записанный, волей-неволей

рядился к нему в крестьяне на условиях добровольного соглашения и вдвойне

укреплялся за ним как этой писцовой, так и порядной записью, какую давал на

себя.

Как ни были разнообразны, запутаны и сбивчивы условия крестьянских

записей того времени, в них все же можно разглядеть основные нити, из

которых сплеталась крестьянская крепость: то была полицейская приписка по

месту жительства, ссудная задолженность, действие кабального холопства и

добровольное соглашение. Первые два элемента были основными источниками

крепостного права, создававшими землевладельцу возможность приобрести

крепостную власть над крестьянином; вторые два имели служебное значение,

как средства действительного приобретения такой власти. В крестьянских

договорах можно, кажется, уловить самый момент перехода от воли к крепости,

и этот момент указывает на связь этого перехода с общей переписью 1627 г.

Самая ранняя из известных порядных с крепостным обязательством относится к

тому самому 1627 г., когда предпринята была эта перепись. Здесь «старые»

крестьяне помещика заключают с ним новый договор с условием от него «не

сойти и не сбежать, оставаться крепкими ему во крестьянстве». Как у старых

крестьян, у них были определенные, установившиеся отношения к помещику;

может быть, по старожильству они и без того уже были безвыходными

сидельцами на своих участках, не могли рассчитаться по полученным когда-то

ссудам; в других порядных крестьяне прямо обязываются своему старому

помещику быть крепкими «по-прежнему». Значит, новое крепостное условие было

только юридическим закреплением фактически сложившегося положения.

Полицейское прикрепление к тяглу или к состоянию по месту жительства

поднимало вопрос об укреплении крестьянина за владельцем, на земле которого

он записан. Готовых норм для этого не было, и их по сходству хозяйственных

отношений стали заимствовать из сторонних образцов, из служилой кабалы или

задворной ссудной записи, комбинируя в разных местах различно по

добровольному соглашению условия крестьянского тягла и дворовой службы.

К такому смешению разнородных юридических отношений вел самый перелом,

совершавшийся после Смуты в землевладельческом хозяйстве. Прежде предметом

сделки между крестьянином-съемщиком и землевладельцем служила земля под

условием выдела доли произведений земли или равноценного ей денежного

оброка в пользу землевладельца. Ссуда вовлекала в расчет еще и личный

крестьянский труд на землевладельца, барщину, как дополнительную повинность

за долг, и даже крестьянское имущество, инвентарь, создававшийся с помощью

ссуды. После Смуты условия поземельного учета еще изменились: опустелая

земля упала в цене, а крестьянский труд и барская ссуда вздорожали;

крестьянин нуждался больше в ссуде, чем в земле; землевладелец искал больше

работника, чем арендатора. Этой обоюдной нуждой можно объяснить одну запись

1647 г., когда крестьянская крепость уже упрочилась и из личной

превращалась в потомственную: здесь не крестьянин дает обязательство не

уходить от помещика, а помещик обязуется не сгонять крестьянина с его

старого обстроенного жеребья — иначе вольно ему, крестьянину, от помещика

«прочь отойти на все четыре стороны». Та же обоюдная нужда со временем под

давлением общей переписи 1627 г. превратила крестьянские порядные из

договоров о пользовании господской землей в сделки на обязательный

крестьянский труд, а право на труд стало основой власти над личностью, над

ее волей; да и самая эта перепись была вызвана потребностью казны перенести

податное поземельное обложение с пашни на самого хлебопашца. В новом складе

хозяйственных отношений стали мешаться прежние юридические состояния:

холопы переходили в крестьянство, и, наоборот, дворовые принимались за

крестьянскую пашню, а пашенные крестьяне делали дворовое дело, и из этого

смешения вышла крестьянская крепость.

Писцовый наказ 1646 г.

После Смуты срок сыска беглых крестьян был возвращен к 5 годам. При

таком коротком сроке беглый легко пропадал для владельца, который не

успевал проведать беглеца, чтобы вчинить иск о нем. В 1641 г. дворяне

просили царя «отставить урочные лета», но вместо того была только удлинена

исковая давность для беглых крестьян до десяти лет, для вывозных до

пятнадцати. В 1645 г. в ответ на повторенное челобитье дворян правительство

подтвердило указ 1641 г. Наконец, в 1646 г., предпринимая новую общую

перепись, оно вняло настойчивым ходатайствам дворянства и в писцовом наказе

этого года обещало, что «как крестьян и бобылей и дворы их перепишут, и по

тем переписным книгам крестьяне и бобыли и их дети, и братья, и племянники

будут крепки и без урочных лет». Это обещание и было исполнено

правительством в Уложении 1649 г., которое узаконило возвращать беглых

крестьян по писцовым книгам 1620-х годов и по переписным 1646—1647 гг. «без

урочных лет».

Теперь бессрочно укреплялось за землевладельцами все крестьянское

население их земель и с неотделенными членами крестьянских семейств. Личная

крестьянская крепость по договору, по ссудной записи, превращалась в

потомственное укрепление по закону, по писцовой или переписной книге; из

частного гражданского обязательства рождалась для крестьян новая

государственная повинность. Доселе законодательство строило свои нормы,

собирая и обобщая отношения, возникавшие из сделок крестьян с

землевладельцами. Писцовым наказом 1646 г. оно само давало норму, из

которой должны были возникнуть новые отношения хозяйственные и юридические.

Уложению 1649 г. предстояло их направить и предусмотреть.

В первые десятилетия XVII в. когда уже действовали все экономические

условия неволи владельческих крестьян, не была еще найдена юридическая

норма, которая закрепила бы эту фактическую неволю, превратив ее в

крепостную зависимость. Крестьянин, рядясь с землевладельцем на его землю

со ссудой от него сам отказывался в порядной записи навсегда от права

какими-либо способами прекратить принимаемые на себя обязательства.

Внесение такого условия в порядную и сообщило ей значение личной крепости.

Итак, законодательство до середины XVII в. не устанавливало

крепостного права. Крестьян государственных и дворцовых оно прикрепляло к

земле или к сельским обществам по полицейско-фискальным соображениям,

обеспечивая податную их исправность и тем облегчая действие круговой

поруки. Крестьян владельческих оно ни прикрепляло к земле, ни лишало права

выхода, т. е. не прикрепляло прямо и безусловно к самим владельцам. Но

право выхода и без того уже очень редко действовало в своем первоначальном

чистом виде: уже в XVI в. под действием ссуды оно начало принимать формы,

более или менее его искажавшие. Законодательство имело в виду только эти

формы вырождения крестьянского права, следило за их развитием и против

каждой ставило поправку с целью предупредить вред, каким она грозила казне

или общественному порядку. Вследствие неоплатной задолженности крестьян при

усилении переселенческого движения учащались крестьянские побеги и

запутывались иски о беглых: усиливая меры против беглых и их приема,

правительство законами об исковой давности старалось ослабить и упорядочить

иски и споры из-за беглых. Право вывоза вызывало беспорядки и запутанные

тяжбы между землевладельцами: вывоз был стеснен чиновной классификацией

отказчиков и согласием владельца, у которого отказывали крестьян. Судебник

1550 года дозволял крестьянину продаваться с пашни в холопство, лишая казну

податного плательщика, указы 1602 и 1606 гг. установили вечность

крестьянскую, безвыходность тяглого крестьянского состояния. Так

крестьянин, числясь по закону вольным со своим устарелым правом выхода, на

деле был окружен со всех сторон, не мог уйти ни с отказом, ни без отказа,

не мог по своей воле ни переменить владельца посредством вывода, ни даже

переменить звания посредством отказа от своей свободы. В таком положении

ему оставалось только сдаться, но такое решение крестьянский вопрос получил

несколько позднее, с принятием Соборного Уложения 1649 г.

Соборное Уложение 1649 года

Мы определили, что мелкопоместные дворяне не могли эномическими

средствами удержать на своих землях крестьян. По этой причине они упорно

добивались отмены урочных лет и окончательного прикрепления крестьян к

земле. Осенью 1948 г. в Москве открылся Земский собор, а в январе 1649 г.

комиссия Н.И. Одоевского представила собору новый кодекс законов,

получивший наименование Соборного Уложения. Как значилось в царском наказе

составители Уложения должны были следовать апостольским правилам и законам

«греческих царей» (Византийскому кодексу). Но все же их главная задача

состояла в том, чтобы упорядочить законы, изданные в России при новой

династии, и вместе с тем удовлетворить требования сословий, выдвинутые в

дни мятежа в Москве. В отличие от предыдущих рукописных Судебников Уложение

было первым печатным сводом законов. Его издали в количестве 2000

экземпляров (огромный тираж по тем временам) и разослали по городам.

Уложение 1649 г. служило основным сводом законов России вплоть до 1830 г. и

было главным инструментом установления усиления и сохранения доминирующей

политической системы.

По ходатайству служилых людей «всех городов» Земский собор принял

закон, по которому землевладельцы получали право искать своих крестьян и

возвращать их на свои земли без ограничения срока давности. Основной

документацией, удостоверяющей принадлежность крестьян землевладельцу были

признаны писцовые книги, составленные в 1626 г. «А отдавать беглых крестьян

и бобылей из бегов, – значилось в Уложении 1649г., – по писцовым книгам

всяких чинов людем без урочных лет».

За время после валовой описи произошла смена поколений. Но это не

имело существенного значения. Дворяне получили возможность вернуть не

только крестьянина, записанного в книги, но и его сыновей и внуков.

Возврату подлежала вся семья крестьянина вместе со всем нажитым имуществом.

Уложение впервые вводило суровое наказание (вплоть до торговой казни и

тюремного заключения сроком на год) за поселение у себя беглых крестьян.

Виновный землевладелец должен был платить по 10 р. за каждый год

укрывательства чужого крестьянина. (При расчете исходная оценка составляла

4 руб. «за голову» крестьянина и 5 руб. за «глухой» живот – неописанное

имущество крестьянина).

Соборное Уложение окончательно сформировало систему государственного

крепостного права в России. Для поддержания государственного фонда земель

законодатели запретили землевладельцам переводить крестьян с поместных

земель на вотчинные.

По этому же Соборному Уложению устанавливались наследственность

крепостного состояния и право землевладельца распоряжаться имуществом

крепостного крестьянина. Землевладельцам запрещалось насильно лишать

крестьянина имущества, но долги несостоятельного землевладельца погашались

за счет его крестьян и холопов.

Соборное Уложение обязывало дворян осуществлять полицейский надзор за

крестьянами, собирать с них и вносить в казну подати, отвечать за

выполнение ими государственных повинностей. Крестьяне лишались права

самостоятельно отстаивать свои интересы в суде.

Законодательное признание податной ответственности землевладельцев за

своих крестьян было завершительным делом в юридической постройке крепостной

неволи крестьян. На этой норме помирились интересы казны и землевладельцев,

существенно расходившиеся. Частное землевладение стало рассеянной по всему

государству полицейско-финансовой агентурой государственного казначейства,

из его соперника превратилось в его сотрудника. Примирение могло состояться

только в ущерб интересам крестьянства. В той первой формации крестьянской

крепости, какую закрепило Уложение 1649 г., она еще не сравнялась с

холопьей, по нормам которой строилась. Закон и практика проводили еще хотя

и бледные черты, их разделявшие: 1) крепостной крестьянин оставался

казенным тяглецом, сохраняя некоторый облик гражданской личности; 2) как

такового, владелец обязан был обзавести его земельным наделом и

земледельческим инвентарем; 3) он не мог быть обезземелен взятием во двор,

а поместный и отпуском на волю; 4) его животы, хотя и находившиеся только в

его подневольном обладании, не могли быть у него отняты «насильством», по

выражению Котошихина; 5) он мог жаловаться на господские поборы «через силу

и грабежом» и по суду возвратить себе насильственный перебор. Плохо

выработанный закон помог стереть эти раздельные черты и погнал крепостное

крестьянство в сторону холопства. С установлением крепостного права русское

государство вступило на путь, который под покровом наружного порядка и даже

преуспеяния вел его к расстройству народных сил, сопровождавшемуся общим

понижением народной жизни, а от времени до времени и глубокими

потрясениями.

Заключение

Итак, мы рассмотрели в общих чертах процесс становления крепостного

права на Руси. В качестве резюме можно привести мнение В.О. Ключевского

(лекции которого мы в основном использовали в данном реферате) о

прикреплении крестьян:

«Поместная система подготовила коренную перемену в судьбе

крестьянства. До конца XVI века крестьяне были вольными хлебопашцами,

пользовавшиеся правами свободного перехода с одного участка на другой, от

одного землевладельца к другому. Но от этих переходов происходили большие

неудобства как для общественного порядка, так и для государственного

хозяйства и особенно для хозяйства мелких служилых. Землевладельцев, у

которых богатые вотчинники и помещики сманивали крестьян, оставляя их без

рабочих рук следовательно, без средств исправно отбывать государственную

службу. Вследствие этих затруднений правительство царя Федора издало указ,

отменивший право крестьянского выхода, лишивший крестьян возможности

покидать раз занятые ими земли. Все печальные последствия крепостного

права, обнаружившиеся позже, вышли из этого прикрепления крестьян к земле.

Так как первый указ, отменивший крестьянское право выхода, был издан, когда

государством правил именем царя Федора шурин его Борис Годунов, то на этого

правителя падает вся ответственность за эти последствия. Он – первый

виновник крепостного права, крепостник-учредитель. В таком взгляде на

происхождение крепостного права можно различить два главные положения: 1) в

конце XVI в правительство одной общей законодательной мерой изменило

юридическое положение крестьян, отняв у них право выхода, прикрепив их к

земле, и 2) вследствие этого прикрепления крестьяне попали в неволю к

землевладельцам».

При рассмотрении вопроса о крепостном праве нужно учитывать, что

особенности геополитического положения России и православное понимание

сословных обязанностей как формы религиозного служения, спасения души

привело к тому, что все население несло всеобщую государственную

повинность: дворяне — лично, а крестьяне и горожане через налоги на

содержание войска, администрации, царя.

Роль крепостного права в России оценивается неоднозначно. Крепостное

право помогало государству в восстановлении и подъеме производительных сил,

регулировании процесса колонизации огромной территории и решении

внешнеполитических задач, но при этом консервировало неэффективные

социально-экономические отношения. Одни исследователи считают, что перед

Россией в XVI в. была альтернатива развития, минуя крепостное право (Н. Е.

Носов), другие оценивают XVI—XVII вв. как расцвет крепостничества, третьи —

как последний резерв клонящегося к «нисходящей» фазе феодализма.

Были ли другие пути развития России, минуя крепостное право?

Предположения «если бы…» всегда заманчивы. Но история, как было сказано, не

терпит сослагательного наклонения, поэтому оставим этот вопрос тем

теоретикам, которые находят удовольствие в бесплодных спекуляциях. В лучшем

случае, чего они достигнут – увеличения остроты их логической мысли,

витающей в безжизненном пространстве. Ведь всем давно понятно, что никто

никаких уроков из истории не извлекает.

Каждый раз с рождением человека мир рождается заново, и «прошлое

кажется сном».

Список литературы

1. История России в вопросах и ответах. Курс лекций. – Ростов-на-Дону:

Издательство «Феникс», 1997.

2. Ключевский В.О. Русская история. Полный курс лекций в 3 кн. Кн. 2. –

М.: Мысль, 1997.

3. Платонов С.Ф. Учебник русской истории. – СПб.: Наука, 1994.

4. Скрыпников Р.Г. История Российская. IX-XVII вв. – М.: Издательство

«Весь Мир», 1997.

Страницы: 1, 2


бесплатно рефераты
НОВОСТИ бесплатно рефераты
бесплатно рефераты
ВХОД бесплатно рефераты
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?

бесплатно рефераты    
бесплатно рефераты
ТЕГИ бесплатно рефераты

Рефераты бесплатно, реферат бесплатно, сочинения, курсовые работы, реферат, доклады, рефераты, рефераты скачать, рефераты на тему, курсовые, дипломы, научные работы и многое другое.


Copyright © 2012 г.
При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна.